Почему достоевский антисемит. Достоевский и евреи. Еврейская Энциклопедия Брокгауза-Ефрона

О, не думайте, что я действительно затеваю поднять "еврейский вопрос"!. - Я написал это заглавие в шутку. Поднять такой величины вопрос, как положение еврея в России и о положении России, имеющей в числе сынов своих три миллиона евреев, - я не в силах. Вопрос этот не в моих размерах. Но некоторое суждение мое я все же могу иметь, и вот выходит, что суждением моим некоторые из евреев стали вдруг интересоваться. С некоторого времени я стал получать от них письма, и они серьезно и с горечью упрекают меня за то, что я на них "нападаю", что я "ненавижу жида", ненавижу не за пороки его, "не как эксплуататора", а именно как племя, то есть вроде того, что: "Иуда, дескать, Христа продал". Пишут это "образованные" евреи, то есть из таких, которые (я заметил это, но отнюдь не обобщаю мою заметку, оговариваюсь заранее) - которые всегда как бы постараются дать вам знать, что они при своем образовании, давно уже не разделяют "предрассудков" своей нации, своих религиозных обрядов не исполняют, как прочие мелкие евреи, считают это ниже своего просвещения, да и в бога, дескать, не веруем. Замечу в скобках и кстати, что всем этим господам из "высших евреев", которые так стоят за свою нацию, слишком даже грешно забывать своего сорокавекового Иегову и отступаться от него. И это далеко не из одного только чувства национальности грешно, а и из других, весьма высокого размера причин. Да и странное дело: еврей без бога как-то немыслим; еврея без бога и представить нельзя. Но тема эта из обширных, мы ее пока оставим. Всего удивительнее мне то: как это и откуда я попал в ненавистники еврея как народа, как нации? Как эксплуататора и за некоторые пороки мне осуждать еврея отчасти дозволяется самими же этими господами, но лишь на словах: на деле трудно найти что-нибудь раздражительнее и щепетильнее образованного еврея и обидчивее его, как еврея. Но опять-таки: когда и чем заявил я ненависть к еврею как к народу? Так как в сердце моем этой ненависти не было никогда, и те из евреев, которые знакомы со мной и были в сношениях со мной, это знают, то я, с самого начала и прежде всякого слова, с себя это обвинение снимаю, раз навсегда, с тем, чтоб уж потом об этом и не упоминать особенно. Уж не потому ли обвиняют меня в "ненависти", что я называю иногда еврея "жидом?" Но, во-первых, я не думал, чтоб это было так обидно, а во-вторых, слово "жид", сколько помню, я упоминал всегда для обозначения известной идеи: "жид, жидовщина, жидовское царство"...

Положим, очень трудно узнать сорокавековую историю такого народа, как евреи; но на первый случай я уже то одно знаю, что наверно нет в целом мире другого народа, который бы столько жаловался на судьбу свою, поминутно, за каждым шагом и словом своим, на свое принижение, на свое страдание, на свое мученичество. Подумаешь, не они царят в Европе, не они управляют там биржами хотя бы только, а стало быть, политикой, внутренними делами, нравственностью государств. Пусть благородный Гольдштейн умирает за славянскую идею. Но все-таки, не будь так сильна еврейская идея в мире, и, может быть, тот же самый "славянский" (прошлогодний) вопрос давно бы уже решен был в пользу славян, а не турок. Я готов поверить, что лорд Биконсфильд сам, может быть, забыл о своем происхождении, когда-то, от испанских жидов (наверное, однако, не забыл): что он "руководил английской консервативной политикой" за последний год отчасти с точки зрения жида, в этом, по-моему, нельзя сомневаться. "Отчасти-то" уж нельзя не допустить.

"Свободный выбор местожительства!" Но разве русский "коренной" человек уж так совершенно свободен в выборе местожительства? Разве не продолжаются и до сих пор еще прежние, еще от крепостных времен оставшиеся нежелаемые стеснения в полной свободе выбора местожительства и для русского простолюдина, .на которые давно обращает внимание правительство? А что до евреев, то всем видно, что права их в выборе местожительства весьма и весьма расширились в последние двадцать лет. По крайней мере, они явились по России в таких местах, где прежде их не видывали. Но евреи все жалуются на ненависть и стеснения.

Еще в детстве моем я читал и слыхал про евреев легенду о том, что они-де и теперь неуклонно ждут мессию, все, как самый низший жид, так и самый высший и ученый из них, философ и кабалист-раввин, что они верят все, что мессия соберет их опять в Иерусалиме и низложит все народы мечом своим к их подножию; что по-тому-то-де евреи, по крайней мере в огромном большинстве своем, предпочитают лишь одну профессию - торг золотом и много что обработку его, и это все будто бы для того, что когда явится мессия, то чтоб не иметь нового отечества, не быть прикрепленным к земле иноземцев, обладая ею. а иметь все с собою лишь в золоте и драгоценностях, чтобы удобнее унести. Стало быть, не одно лишь гонение было и есть ему причиною, а другая идея...

Если же существует вправду такой особый, внутренний, строгий строй у евреев, связующий их в нечто цельное и особенное, то ведь почти еще можно задуматься над вопросом о совершенном сравнении во всем их прав с правами коренного населения. Само собою, все что требует гуманность и справедливость, все что требует человечность и христианский закон - все это должно быть сделано для евреев. Но если они, во всеоружии своего строя и своей особенности, своего племенного религиозного отъединения, во всеоружии своих правил и принципов, совершенно противоположных той идее, следуя которой, доселе по крайней мере, развивался весь европейский мир, потребуют совершенного уравнения всевозможных прав с коренным населением, то - не получат ли они уже тогда нечто большее, нечто, лишнее, нечто верховное против самого коренного даже населения?

Как правило, в школе и университете отношение Достоевского к евреям обходят стороной. В произведениях Фёдора Михайловича просто невозможно встретить положительного еврея: все они жалкие, подлые, наглые, бесчестные, алчные и опасные.

В еврейской энциклопедии пытаются такое отношение автора к евреям скрыть: все объясняется традиционной борьбой христианина и иудея, пытаясь оправдать Достоевского. Конечно, подобное отношение не может не задевать целый народ, а еще больше они боятся, что еврейская тема в творчестве писателя станет широко известной и будет активно обсуждаться в обществе, что среди филологов кто-нибудь заинтересуется и займётся всесторонним исследованием этой темы и, возможно, обнаружит, что причина нелюбви писателя к евреям мало связана с его религиозностью.

Особенно ярко отношение к евреям со стороны Достоевского отражено в «Дневнике писателя» — его сборнике произведений 1873-1881 годов. Он содержит отклик Достоевского на события, происходящие в то время, его можно назвать документом эпохи. В 1873 прошло ровно 10 лет со дня отмены крепостного права, писатель замечает в своих произведениях повсеместное пьянство людей того времени: «Матери пьют, дети пьют, церкви пустеют, отцы разбойничают; бронзовую руку у Ивана Сусанина отпилили и в кабак снесли; а в кабак приняли! Спросите лишь одну медицину: какое может родиться поколение от таких пьяниц?» А также размышляет над судьбой всего русского народа:

«…если дело продолжится, если сам народ не опомнится<… > то весь, целиком, в самое малое время очутится в руках у всевозможных жидов <… > Жидки будут пить народную кровь и питаться развратом и унижением народным <… > Мечта скверная, мечта ужасная, и — слава богу, что это только лишь сон!»

В 1876 году Достоевский размышляет уже об экономическом засилье евреев, о том, что они приносят разорение в чужие земли. Далее, снова размышления о судьбе русских:

Вообще если б переселение русских в Крым (постепенное, разумеется) потребовало бы и чрезвычайных каких-нибудь затрат от государства, то на такие затраты, кажется, очень можно и чрезвычайно было бы выгодно решиться. Во всяком ведь случае, если не займут места русские, то на Крым непременно набросятся жиды и умертвят почву края (Дневник писателя. Июль и август, 1876 г.)

Вон жиды становятся помещиками, — и вот, повсеместно, кричат и пишут, что они умерщвляют почву России, что жид , затратив капитал на покупку поместья, тотчас же, чтобы воротить капитал и проценты, иссушает все силы и средства купленной земли. Но попробуйте сказать что-нибудь против этого — и тотчас же вам возопят о нарушении принципа экономической вольности и гражданской равноправности .

Но какая же тут равноправность, если тут явный и талмудный Status in Statu* прежде всего и на первом плане, если тут не только истощение почвы, но и грядущее истощение мужика нашего , который, освободясь от помещиков, несомненно и очень скоро попадет теперь, всей своей общиной, в гораздо худшее рабство и к гораздо худшим помещикам — к тем самым новым помещикам, которые уже высосали соки из западнорусского мужика , к тем самым, которые не только поместья и мужиков теперь закупают, но и мнение либеральное начали уже закупать и продолжают это весьма успешно . (Дневник писателя. Июль и август, 1876 г.)

Конечно, на такие тексты Достоевского и ранее обращали внимание. Очень много негативных комментариев писатель получал именно со стороны евреев. Особенно от некого еврея-журналиста А.У. Ковнера, не знавшего русского языка до 19 лет, но обвинившего писателя в антисемитизме. Когда Ковнер пребывал в тюрьме в 1877 году, отбывая наказание за мошенничество, он передал Достоевскому послание через своего адвоката. Ответ писателя был не только личным: в мартовском выпуске «Дневника писателя» в 1877 году он посвятил данной теме целую главу, приводя цитаты из письма Ковнера (г-на NN):

«Выпишу одно место из письма одного весьма образованного еврея, написавшего мне длинное и прекрасное во многих отношениях письмо, весьма меня заинтересовавшее. Это одно из самых характерных обвинений меня в ненависти к еврею как к народу. Само собою разумеется, что имя г-на NN, мне писавшего это письмо, останется под самым строгим анонимом.

… но я намерен затронуть один предмет, который я решительно не могу себе объяснить. Это ваша ненависть к «жиду», которая проявляется почти в каждом выпуске вашего «Дневника».

Я бы хотел знать, почему вы восстаете против жида, а не против эксплуататора вообще, я не меньше вашего терпеть не могу предрассудков моей нации, — я немало от них страдал, — но никогда не соглашусь, что в крови этой нации живет бессовестная эксплуатация.

Неужели вы не можете подняться до основного закона всякой социальной жизни, что все без исключения граждане одного государства, если они только несут на себе все повинности, необходимые для существования государства, должны пользоваться всеми правами и выгодами его существования и что для отступников от закона, для вредных членов общества должна существовать одна и та же мера взыскания, общая для всех?.. Почему же все евреи должны быть ограничены в правах и почему для них должны существовать специальные карательные законы? Чем эксплуатация чужестранцев (евреи ведь все-таки русские подданные): немцев, англичан, греков, которых в России такая пропасть, лучше жидовской эксплуатации? Чем русский православный кулак, мироед, целовальник, кровопийца, которых так много расплодилось во всей России, лучше таковых из жидов, которые все-таки действуют в ограниченном кругу? Чем такой-то лучше такого-то…

(Здесь почтенный корреспондент сопоставляет несколько известных русских кулаков с еврейскими в том смысле, что русские не уступят. Но что же это доказывает? Ведь мы нашими кулаками не хвалимся, не выставляем их как примеры подражания и, напротив, в высшей степени соглашаемся, что и те и другие нехороши.)

Таких вопросов я бы мог вам задавать тысячами.

Между тем вы, говоря о «жиде», включаете в это понятие всю страшно нищую массу трехмиллионного еврейского населения в России, из которых два миллиона 900000, по крайней мере, ведет отчаянную борьбу за жалкое существование, нравственно чище не только других народностей, но и обоготворяемого вами русского народа. В это название вы включаете и ту почтенную цифру евреев, получивших высшее образование, отличающихся на всех поприщах государственной жизни, берите хоть…

(Тут опять несколько имен, которых я, кроме Гольдштейнова, считаю не вправе напечатать, потому что некоторым из них, может быть, неприятно будет прочесть, что они происходят из евреев.)

… Гольдштейна (геройски умершего в Сербии за славянскую идею) и работающих на пользу общества и человечества? Ваша ненависть к «жиду» простирается даже на Дизраэли… который, вероятно, сам не знает, что его предки были когда-то испанскими евреями, и который, уж конечно, не руководит английской консервативной политикой с точки зрения «жида» (?)…

Нет, к сожалению, вы не знаете ни еврейского народа, ни его жизни, ни его духа, ни его сорокавековой истории, наконец. К сожалению, потому, что вы во всяком случае, человек искренний, абсолютно честный, а наносите бессознательно вред громадной массе нищенствующего народа, — сильные же «жиды», принимая сильных мира сего в своих салонах, конечно, не боятся ни печати, ни даже бессильного гнева эксплуатируемых. Но довольно об этом предмете! Вряд ли я вас убежду в моем взгляде, — но мне крайне желательно было бы, чтобы вы убедили меня.

Вот этот отрывок. Прежде чем отвечу что-нибудь (ибо не хочу нести на себе такое тяжелое обвинение), — обращу внимание на ярость нападения и на степень обидчивости. Положительно у меня, во весь год издания «Дневника», не было таких размеров статьи против «жида», которая бы могла вызвать такой силы нападение. Во-вторых, нельзя не заметить, что почтенный корреспондент, коснувшись в этих немногих строках своих и до русского народа, не утерпел и не выдержал и отнесся к бедному русскому народу несколько слишком уж свысока . Правда, в России и от русских-то не осталось ни одного непроплеванного места (словечко Щедрина), а еврею тем «простительнее». Но во всяком случае ожесточение это свидетельствует ярко о том, как сами евреи смотрят на русских . Писал это действительно человек образованный и талантливый (не думаю только, чтоб без предрассудков); чего же ждать, после того, от необразованного еврея, которых так много, каких чувств к русскому?

До выпуска за март, Достоевский упоминал евреев лишь вскользь, но даже эти упоминания вызывали волну негатива. Кстати говоря, упрекая писателя в антисемитизме, евреи совсем не стесняются собственного русофобства, говорят о русских с презрением и превосходством.

За первой последовала вторая глава выпуска «Дневника писателя» за март 1877 года, позднее ее станут называть «библия русского антисемитизма», она появилась из переписки Достоевского с евреем Авраамом-Урией Ковнером.

Леонид Гроссман, советский литературовед, написал монографию по этому поводу: «Исповедь одного еврея». Она посвящена жизни и творчеству Ковнера, отдельное внимание уделено переписке именно с Достоевским, Гроссман подчеркивает, что письмо Ковнера прекрасно во многих отношениях, а аргументы Достоевского в «Дневнике писателя», напротив, носят газетный, не философский характер, якобы писатель не поднимается выше «ходячих доводов националистической прессы», «всюду остается на уровне фельетонных выпадов Дрюммонов и Мещерских», а «тяга к глубинам духа здесь решительно изменяет ему, на протяжении своего журнального очерка о евреях он ни разу не пытается пристально вглядеться в их историю, этическую философию, или расовую психологию».

С. Гуревич, являясь автором предисловия к его монографии, говорит о том, что Достоевский не смог достойно ответить на письмо Ковнера, ни в личном письме, ни в «Дневнике писателя», а все его доводы носят шаблонный характер. Но дальше он невольно отмечает: «именно Достоевский впервые свёл в своеобразную систему все возможные реальные доводы и фантастические измышления, которые постоянно предъявляют как обвинение еврейскому народу». То есть, случайно признавая, что среди высказываний Достоевского есть не только фантастические размышления, но и реальные доводы, он не хочет это подтверждать.

Кроме этого, Гуревич пытается всеми силами очернить очерк писателя о евреях, говоря о том, что во время войны гитлеровцы разбрасывали у окопов советских бойцов листовки с цитатами из Достоевского, то есть приравнивая русских национал-патриотов и солдат гитлеровской армии между собой, вменяя им общие цели.

Оба автора: и Гуревич, и Гроссман говорят о двойственности идей Достоевского, описанных им в «Дневнике писателя». К Ковнеру, они, наоборот, относятся с любовью, постоянно подчеркивают его ум и образованность. Это выглядит особенно смешно на фоне того, что Ковнер пытался совершить подлог и мошенничество, а затем были последующий арест, суд и тюремное заключение. Гуревич именует это трагическим периодом в жизни, а Гроссман говорит о попытке Ковнера пойти против общества, тем самым углубив свой умственный подвиг.

Итак, книга Гроссмана «Исповедь одного еврея» с предисловием Гуревича к изданию 1999 года очень явно выражает намерение автора преуменьшить значение мартовского выпуска «Дневника писателя» за 1877 год, вклад Достоевского в изучение «еврейского вопроса». Есть и высказывание Гуревича о том, что отношение к евреям в России – «лакмусовая бумажка», которая показывает «падение нравственного уровня значительной части российского общества, прежде всего, его интеллектуального слоя».

Давайте повнимательнее посмотрим на вторую главу антисемитского «Дневника писателя» в 1877 год. Она представлена в виде 4 частей:

I. «ЕВРЕЙСКИЙ ВОПРОС»

II. PRO И CONTRA

III. STATUS IN STATU. СОРОК ВЕКОВ БЫТИЯ

IV. НО ДА ЗДРАВСТВУЕТ БРАТСТВО!

Посмотрим на каждую из частей. В первой части Достоевский говорит, что никакой ненависти к евреям не испытывал, а о религиозной подоплеке не может быть и речи. Якобы он осуждает евреев как «эксплуататора и за некоторые пороки». Также он отмечает их повышенную обидчивость: «на деле трудно найти что-нибудь раздражительнее и щепетильнее образованного еврея и обидчивее его, как еврея».

Достоевский четко разделяет понятия«еврей» и «жид»: «… слово «жид», сколько помню, я упоминал всегда для обозначения известной идеи: «жид, жидовщина, жидовское царство» и проч . Тут обозначалось известное понятие, направление, характеристика века. Можно спорить об этой идее, не соглашаться с нею, но не обижаться словом».

Вторая часть содержит ответ на обвинения Ковнера, о том, что Достоевский якобы не признает сороковековую историю еврейского народа:« нет в целом мире другого народа, который бы столько жаловался на судьбу свою , поминутно, за каждым шагом и словом своим, на свое принижение, на свое страдание, на свое мученичество ».

Достоевский не верит таким жалобам и сравнивает их с тяготами русского народа: «Но все-таки не могу вполне поверить крикам евреев, что уж так они забиты, замучены и принижены. На мой взгляд, русский мужик, да и вообще русский простолюдин, несет тягостей чуть ли не больше еврея».

Третья часть «Status in Statu» содержит размышления Достоевского о силе и живучести еврейского народа, отмечает, что помогло евреям сохранить свою идентичность: «не мог существовать без status in statu, который он сохранял всегда и везде, во время самых страшных, тысячелетних рассеяний и гонений своих». Что же он подразумевает под status in statu? Вот некоторые признаки: «отчужденность и отчудимость на степени религиозного догмата, неслиянность, вера в то, что существует в мире лишь одна народная личность — еврей, а другие хоть есть, но все равно надо считать, что как бы их и не существовало ».

По словам писателя, status in statu, нельзя приписывать только гонениям и чувству сохранения, как это делают отдельные образованные евреи. Только самосохранения не могло хватить на 40 веков: «не одно самосохранение стоит главной причиной, а некая идея, движущая и влекущая, нечто такое, мировое и глубокое».

Достоевский был очень верующий, потому считал, что«всё что требует гуманность и справедливость, всё что требует человечность и христианский закон — всё это должно быть сделано для евреев» . Но он также отмечает, «совершенное уравнение всевозможных прав» не очень хорошо для русских: везде евреи всегда находили возможность пользоваться правами и законами. Они всегда умели водить дружбу с теми, от которых зависел народ , и уж не им бы роптать хоть тут-то на малые свои права сравнительно с коренным населением. Довольно они их получали у нас, этих прав, над коренным населением.

Достоевский подбирается к сути status in statu, которая «дышит именно этой безжалостностью ко всему, что не есть еврей , к этому неуважению ко всякому народу и племени и ко всякому человеческому существу, кто не есть еврей . <…> Еврей предлагает посредничество , торгует чужим трудом. Капитал есть накопленный труд; еврей любит торговать чужим трудом ! Но всё же это пока ничего не изменяет; зато верхушка евреев воцаряется над человечеством всё сильнее и тверже и стремится дать миру свой облик и свою суть».

А вот и контраргумент Достоевского на избитое выражение, что «среди евреев тоже есть хорошие люди»:

Евреи все кричат, что есть же и между ними хорошие люди. О боже! да разве в этом дело? Да и вовсе мы не о хороших или дурных людях теперь говорим. <…> Мы говорим о целом и об идее его, мы говорим о жидовстве и об идее жидовской , охватывающей весь мир».

В четвертой части, «Но да здравствует братство!» Достоевский снова говорит: «полное и окончательное уравнение прав — потому что это Христов закон, потому что это христианский принцип» — здесь уже видно, что религиозность Достоевского не имеет никакого отношения к его нелюбви к евреям,а скорее, все совсем по-другому: как добропорядочный христианин он выступает за должное отношение к этому народу, за уравнение его в правах, не взирая на последствия. Из этих же побуждений Достоевский говорит об идее русско-еврейского братства («Да будет полное и духовное единение племен и никакой разницы прав! »), а также о том, что со стороны русских нет препятствий, чего не скажешь о евреях: он отмечает брезгливость и высокомерие еврейского народа по отношению к русским и другим национальностям. Не у русского больше предубеждений против еврея, а у последнего, еврей более неспособен понимать русского, чем русский – еврея.

Провозглашая идею братства народов, Достоевский подчеркивает, что «все-таки для братства, для полного братства нужно братство с обеих сторон . Пусть еврей покажет ему и сам хоть сколько-нибудь братского чувства, чтоб ободрить его» . Другими словами, русские не против братства, это евреев против него.

И «библия русского антисемитизма» заканчивается вопросом: а насколько даже самые лучшие из евреев «способны к новому и прекрасному делу настоящего братского единения с чуждыми им по вере и по крови людьми»?

Автор не дает ответов на свои вопросы, но сама идея status in statu, говорит о нереальности такого братства. Уже прошло 140 лет с момента публикации данного произведения, а евреи так и не научились сосуществовать с другими народами. Будучи талантливым писателем и публицистом, Достоевский даёт невероятно точную психологическую характеристику еврейскому народу. В его рассуждениях по «еврейскому вопросу» нет никаких противоречий, наоборот, он очень логичен и последователен в своих взглядах. Совершенно неправильно считать, что антипатия писателя к еврейскому народу имеет религиозную подоплёку: у Достоевского вполне конкретные претензии к «жидам», и эти претензии вытекают из некоторых особенностей национального характера, который, в свою очередь, обусловлен status in statu. Таким образом, мы можем сделать вывод, что все доводы Гроссманов и Гуревичей относительно взглядов Достоевского на «еврейский вопрос» абсолютно несостоятельны.

«Я хочу видеть у себя лучше язычников, нежели жидов; все они плуты и обманщики.
Я искореняю зло, а не распложаю» Один из приказов Петра I гласил: «Я предпочитаю видеть в моей стране магометан и язычников, нежели евреев. Последние являются обманщиками и мошенниками.
Они не получают разрешения поселятся и устраивать свои дела. Несмотря на мои распоряжения, они стараются осуществить это подкупом моих чиновников».
Дочь Петра I – Елизавета Петровна издала такой приказ: «Все евреи, мужчины и женщины, независимо от их положения и богатства, должны немедленно убраться за пределы границы...»

Петр Великий

«Впредь ни одному еврею, как бы он ни назывался, не должно даваться права жительства здесь
без моего письменного разрешения. Я не знаю более вредной для государства чумы, чем этот народ, вследствие его умения путем обмана, ростовщичества и денежных сделок доводить людей до нищенства и заниматься всеми теми делами, которые вызывают отвращение всякого честного человека».

Мария Терезия

Эмиль Золя

«Деятельность еврейской нации со времен Моисея, в силу всей ее предрасположенности,
заключалась в ростовщичестве и вымогательстве...
Французское правительство не может равнодушно смотреть на то, как низкая, опустившаяся,
способная на всякие преступления нация захватывает в свое исключительное владение обе прекрасные
провинции старого Эльзаса. Евреев приходится рассматривать, как нацию, а не как секту.Это нация в нации... Целые села обобраны евреями, они снова ввели рабство; это настоящие стаи воронов...
Вред, причиняемый евреями, не происходит от отдельных лиц, но от всего этого народа в целом.
Это черви и саранча, опустошающие Францию»...

Наполеон

"Подвергните контролю 50 самых богатых еврейских финансистов, которые творят войны для собственных прибылей, и войны будут упразднены".

Генри Форд (американский автопромышленник и писатель, 1863 - 1947, "Нью-Йорк таймс" 8 марта 1925 г.).

"Евреи являются величайшими виртуозами лжи".

Артур Шопенгауэр (великий немецкий философ, 1788-1860)

"Они, жиды, имеют веру, благословляющую их на обкрадывание чужаков".

Иоганн Вольфган Гёте (немецкий писатель 1749 - 832)

«Ну, что, если б это не евреев было в России три миллиона, а русских; а евреев было бы 80 миллионов – ну, во что обратились бы у них русские и как бы они их третировали? Дали бы они им сравнятся с собой в правах? Не обратили бы прямо в рабов? Хуже того: не содрали бы кожу совсем? Не избили бы до тла, до окончательного истребления, как делали они с чужими народностями в старину, в древнюю свою историю?.. (Дневник Писателя за 1877 г.). «В окраинах наших спросите коренное население, что двигает евреев и что двигало их столько веков. Получите единогласный ответ: безжалостность: двигала их столько веков одна лишь к нам безжалостность и одна лишь жажда напитаться нашим потом и кровью».

Ф.М. Достоевский

«Интернационал распорядился, чтобы еврейская революция началась в России. И начнётся... Ибо нет у нас для неё надежного отпора ни в управлении, ни в обществе. Бунт начнётся с атеизма и грабежа всех богатств. Начнут низлагать религию, разрушать храмы и превращать их в казармы, стойла; зальют мир кровью... Евреи сгубят Россию и станут во главе анархии. Жид и его Кагал - это заговор против русских».

Ф.М. Достоевский

«Евреи всегда живут ожиданием чудесной революции, которая даст им свое «жидовское царство». Выйди из народов и... знай, что с сих пор ты един у Бога, остальных истреби или в рабов обрети, или эксплуатируй. Верь в победу над всем миром, верь, что все покорится тебе.
Строго всем гнушайся и ни с кем в быту своем не сообщайся. И даже когда лишишься земли своей, даже когда рассеян будешь по лицу всей земли, между всеми народами - все равно верь всему тому, что тебе обещано раз и навсегда, верь тому, что все сбудется, а пока живи, гнушайся, единись и эксплуатируй и - ожидай, ожидай».

Ф.М. Достоевский

«Верхушка иудеев воцаряется все сильнее и тверже и стремится дать миру свой облик и свою суть. (…)
Идея жидовская охватывает весь мир. (…) На протяжении 40-вековой истории евреев двигала ими всегда одна лишь к нам безжалостность... безжалостность ко всему, что не есть еврей... и одна только жажда напиться нашим потом и кровью».

Ф.М. Достоевский

Жид и банк - господин уже теперь всему: и Европе, и просвещению, и цивилизации, и социализму,
социализму особенно, ибо им он с корнем вырвет Христианство и разрушит ее цивилизацию. И когда останется лишь одно безначалие, тут жид и станет во главе всего. Ибо, проповедуя социализм, он останется меж собой в единении, а когда погибнет все богатство Европы, останется банк жида.
Антихрист придет и станет в безначалии».

Ф.М. Достоевский

«Наступит нечто такое, чего никто не мыслит... Все эти парламентаризмы, все гражданские теории, все накопленные богатства, банки, науки... все рухнет в один миг бесследно, кроме евреев, которые тогда одни сумеют так поступить и все прибрать к своим рукам».

Ф.М. Достоевский

Да, Европа стоит на пороге ужасной катастрофы... Все эти Бисмарки, Биконсфильды, Гамбетты и другие, все они для меня только тени... Их хозяином, владыкой всего без изъятия и целой Европы является еврей и его банк... Иудейство и банки управляют теперь всем и вся, как Европой, так и социализмом, так как с его помощью иудейство выдернет с корнями Христианство и разрушит Христианскую культуру. И даже если ничего как только анархия будет уделом, то и она будет контролируемая евреем. Так как, хотя он и проповедует социализм, тем не менее он остается со своими сообщниками-евреями вне социализма. Так что, когда все богатство Европы будет опустошено, останется один еврейский банк. (…) Революция жидовская должна начаться с атеизма, так как евреям надо низложить ту веру, ту религию, из которой вышли нравственные основания, сделавшие Россию и святой и великой!»

Ф.М. Достоевский

«Обычаи этого преступного народа (иудеев) настолько укрепились, что широко распространяются во всех странах; побежденные навязали свои законы победителям».
Сенека
«Все трусливые воздыхания и вожделения их (иудеев) сердца преисполнены желанием когда-нибудь поступить с нами, язычниками, так же, как они поступили с язычниками в Персии во времена Есфири. О, как любят они эту книгу Есфирь, которая так созвучна с их кровожадными, жаждущими мести и убийства устремлениями и надеждами!
Солнце никогда еще не освещало более кровожадного и мстительного народа, который потому воображает себя народом Божьим, что должен убивать и душить иноверцев».

Мартин Лютер

"Это непостижимо мне, что до сих пор никто не изгнал этих скотов, дыхание которых подобно смерти. Не уничтожит ли каждый диких зверей, пожирающих людей, даже если они сами имеют человеческий облик? Являются ли евреи кем-либо другим, кроме пожирателей людей?".

Мухаммед (Пророк, основатель ислама, 570 - 632, из Корана)

«Евреи – ничто иное, как невежественный и варварский народ, который издревле соединяет грязнейшее корыстолюбие с отвратительнейшим суеверием и непреодолимейшей ненавистью ко всем народам, среди которых они терпимы и за счет которых они обогащаются».

«... они (евреи) представляют собою племя, разносящее столь сильную заразу, нравственно столь прокаженное и опасное, что заслуживают, чтобы их уничтожали еще до рождения...
Евреи – народ, всегда низменный, раболепный, бесчестный, обособленный, замкнутый, избегающий сношения с прочими народами, которых он преследует зверским презрением, навлекая на себя этим самым совершенно заслуженное презрение с их стороны».

Джордано Бруно

"Евреи считают осквернительным и презирают всё то, что нам свято и делают то, что вызывает в нас отвращение".

Тацит (римский историк, 58 - 117)

"Евреи здесь сильно эксплуатируют несчастное население, это настоящие пиявки, рассеянные повсюду и высасывающие из населения кровь. Главной причиной разорения крестьян являются евреи".

Николай I (русский император 1796-1855)

"В корчмах, открытых в чертах осёдлости жидами, крестьяне развращаются, истощают свою жизнь. Из 1650 питейных заведений 1548 принадлежит жидам. Из 1297 табачных лавок 1293 также были собственностью жидов".

Державин Г.Р. (выдающийся русский поэт, государственный чиновник, 1743-1816)

"Горе этому народу иудейскому, ибо он скверный и вероломный и в сердце у него всякая злая хитрость. Да будет проклят этот дьявольский и вероломный народ, который живёт только обманами".

Гунтрам (король Бургундии 525 - 593)

"Настанет момент, когда все христианские нации, среди которых живут евреи, поставят вопрос, терпеть ли их дальше или депортировать. И этот вопрос по своему значению так же важен, как вопрос о том, хотим ли мы жизнь или смерть, здоровье или болезнь, социальный покой или постоянное волнение".

Ференц Лист (венгерский композитор, 1811 - 1886)

"Иудаизм является дьявольской совестью цивилизации. Евреи - это гибкий демон упадка человечества".

Вильгельм Рихард Вагнер (немецкий композитор, 1813 -1883)

"Это реальный враг, жиды, вторгнувшийся с Востока".

Бернард Шоу (английский писатель, 1856 - 1950)

«Все мы… давно уж бежим под хлыстом еврейского галдежа, еврейской истеричности, еврейской повышенной чувствительности, еврейской страсти господствовать, еврейской многовековой спайки, которая делает этот избранный народ столь страшным и сильным, как стая оводов, способных убить в болоте лошадь. Ужасно то, что все мы осознаем это, но в сто раз ужасней, что мы об этом только шепчемся в самой интимной компании на ушко, а вслух сказать никогда не решимся. Можно печатно иносказательно обругать царя и даже Бога, но попробуй-ка еврея! Ого-го!
Какой визг поднимется среди этих фармацевтов, зубных врачей, докторов и особенно громко среди русских писателей, - ибо... каждый еврей родился на свет Божий с предначертанной миссией – быть русским писателем. Так же, как я, думают, но не смеют об этом сказать сотни людей. Я говорил интимно с очень многими из тех, кто распинается за еврейские интересы, ставя их куда выше народных, мужичьих. И они говорили мне, пугливо озираясь по сторонам, шепотом: «Ей-Богу, как надоело возиться с их болячками!»

А.И. Куприн

«Но я хочу, чтобы евреи были изъяты из ее материнских забот. И, чтобы доказать тебе, что мой взгляд правилен, я тебе приведу тридцать девять пунктов. Один парикмахер стриг господина и вдруг, обкорнав ему голову, сказал: «Извините!», - побежал в угол мастерской и стал ссать на обои; и когда клиент его коченел от изумления, фигура спокойно объяснила: «Ничего-с, все равно завтра переезжаем-с». Таким цирюльником во всех веках был жид со своим Сионом, за которым он всегда бежит, как голодная кляча за куском сена, повешенным впереди ее оглобель».

А.И. Куприн

«И что бы ни надевал жид на себя: ермолку, пейсы, лапсердак или цилиндр и смокинг, крайний ненавистнический фанатизм или атеизм и ницшеанство, - бесповоротная оскорбленная брезгливость к «гою» (свинья, собака, верблюд, осел, менструирующая женщина - вот «нечистое» по нисходящим ступеням, по талмуду) или ловкая философическая теория о «всечеловеке», «всебоге», «вседушии». И потому каждый еврей ничем не связан со мной: ни землей, которую я люблю, ни языком, ни природой, ни историей, ни типом, ни кровью, ни любовью, ни ненавистью».

А.И. Куприн

«Если мы, все люди - хозяева земли, то еврей - всегдашний гость… Оттого-то и смешно, что мы так искренне толкуем о еврейском равноправии, и не толкуем, но часто отдаем и жизнь за него!
И ни умиления, ни признательности ждать нечего от еврея».

А.И. Куприн

А.И. Куприн

«Особые заслуги у Ельцина в раздувании антисемитизма. Он окружил себя отбросами еврейской нации - людьми злобными и невежественными, бездарными и наглыми, хищными и беспощадными.
Они и без того вызывали отвращение. Навязанный Западом «курс реформ» был чужд России
и вел только в болото, а ельцинские выдвиженцы умели только болтать и разрушать, их руками
Ельцин выполнял самые грязные и подлые дела - вроде приватизации. И народ возненавидел их люто».

«Смысл и направления Протоколов Сионских мудрецов во многих отношениях соответствуют учению
и мировоззрению мирового еврейства… Линия поведения соответствующего направления имеется в руководящих кругах мирового еврейства и что, как собственно показала русская революция, действия и устремления еврейства часто вполне соответствуют содержанию так называемых Протоколов Сионских мудрецов».

Митрополит Киевский и Галицкий
Антоний (Храповицкий)

«Укажите на какое- нибудь другое племя из русских инородцев, которое бы, по ужасному своему влиянию, могло бы равняться в этом смысле с евреем. Не найдете такого; в этом смысле евреи сохраняют всю свою оригинальность перед другими русскими инородцами, а причина тому, конечно, этот «статус ин стату» (государство в государстве) его, дух которого дышет именно этой безжалостностью ко всему, что не есть еврей, этим неуважением ко всякому народу и племени, и ко всякому человеческому существу, кто не есть еврей».

Ф.М. Достоевский

«Вчитываясь в Сионские протоколы нельзя не прийти к заключению, что это действительно не есть работа одного лица, а произведение не одного даже поколения врагов Церкви, хитрых, лукавых, в числе коих были люди незаурядного ума и крепкой воли, люди притом, не имеющие ни одной искры христианских начал нравственности, готовые на все, чтобы достигнуть своей цели. А их цель – основание всемирного царства под главенством своего царя. Все это похоже на заветные мечты иудеев о всемирном своем царе, а по учению Св. Отцов – антихристе. Протоколы сплошь проникнуты иудейским духом, иудейским идеалам».

Архиепископ Никон (Рождественский)

Еврейское счастье, руские слезы... Представители русской общественности требуют от Генерального Прокурора РФ пресечь безнаказанное распространение еврейского национального и религиозного экстремизма «…возбудить дело о запрете в нашей стране всех религиозных и национальных еврейских объединений как экстремистских».

«…весь демократический мир сегодня находится под денежным и политическим контролем
международного еврейства, чем ныне открыто гордятся видные банкиры...
И нам не хочется, чтобы наша Россия, против возрождения которой ведется превентивная
перманентная война без правил, оказалась бы в числе таких несвободных стран»

Из «письма 25000» Генеральному Прокурору РФ

«…множество антиеврейских акций во всем мире постоянно устраиваются самими евреями с провокационной целью, – чтобы применить карательные меры против патриотов».

Из «письма 25000» Генеральному Прокурору РФ

«Мы, русские, уж так созданы нашим Богом, - продолжал Куприн, - что умеем болеть чужой болью,
как своей... Тверже, чем в мой завтрашний день, верю в великое мировое загадочное предназначение моей страны, и в числе всех других ее милых, глупых, грубых, святых и цельных черт - горячо люблю ее за безграничную христианскую душу. Но я хочу, чтобы евреи были изъяты из ее материнских забот…»

А. Куприн

Наука расизма и ненависти. Массовые убийства арабов. Усиление террора. Вытеснение местного населения. Захватнические войны Израиля. Агрессор увеличивает свою территорию в пять раз. Стремление превратить Израиль в центр мирового контроля.

Олег Платонов

«Я утверждаю, что еврейский вопрос есть просто вопрос расовый, и евреи не только нам чуждая, но и врожденно и бесповоротно испорченная раса»

Евгений Дюринг

«Еврейский вопрос есть вопрос христианский. Проходя через всю историю человечества, с самого ее начала и до наших дней (чего нельзя сказать ни об одной другой нации), еврейство представляет собой как бы ось всемирной истории. Вследствие этого центрального значения еврейства в истории человечества все положительные, а также все отрицательные силы человеческой природы проявляются в этом народе с особенной яркостью».

Владимир Соловьев

«Сами евреи считают Америку своей страной. Начиная с Трумэна, евреи занимают от 50 до 60 процентов всех важнейших политических постов в правительстве США, полностью контролируют бизнес, финансы, средства массовой информации, науку и культуру. Как отмечал раввин вашингтонской синагоги Адат Израель: «Сегодня в США мы чувствуем себя не в рассеянии (диаспоре), а как в родной стране. США имеет сейчас не правительство гоев, а правительство, в котором иудеи являются полноправными партнерами в принятии решений на всех уровнях власти». Особенное значение, по мнению раввина, имело президентство Клинтона, при котором был произведен ряд изменений, значительно расширивших власть евреев…»

О.Платонов

Сионские протоколы – вот бездна талмудической ненависти к человечеству.

С. Ф. Шарапов

Давно пора понять - для них мы - гои,
Давно пора понять - для них мы - скот,
А мы всё ропщем, квохчем: «Что такое?»
А мы все думаем: «Нам просто не везёт!»
Все сожалеем: «Не того избрали!»
Вот будут выборы, так выберем «того»,
Не знаем, что бандиты рассчитали:
Кагалу всё, России - ничего.
Мы, как в бреду, с закрытыми глазами,
Всё басни демократии жуём...
Смеёмся с ними, плачем их слезами,
Азартно кандалы себе куем.
Опомнись, русский, сбрось оковы рабства!
Убийственны все игры с сатаной!
Чтоб воскресить из праха государство,
Гони поганых крепкою метлой.

Николай Боголюбов

«Практически каждый американский президент нового времени для подтверждения своей полной
лояльности к иудаизму, по крайней мере, время от времени выполняют функцию шабес-гоя
при правоверном еврее. Как известно, по субботам иудеям, согласно их религии, запрещено работать и даже тушить свечи на ритуальном иудейском подсвечнике, сделать это может только нееврей, шабес-гой. И вот в некоторые субботы кортеж президента США останавливается возле дома одного из своих сотрудников-иудеев и глава сверхдержавы входит в дом, чтобы принять участие в иудейском обряде – потушить ритуальные свечи».

О.Платонов

«…именно евреи оказали яростное сопротивление преподаванию в школах «Основ православной культуры» и именно по инициативе евреев нам, державообразующему русскому народу, запрещено указывать в паспорте свою национальность».

Из «письма 500» Генеральному Прокурору РФ

«Иудеи входят во все масонские ложи и организации. Вместе с тем они располагают целым рядом
еврейских масонских братств, в которые не допускаются неевреи, а заседания проходят с особой секретностью…» «… ядром еврейского масонства является орден «Бнай-Брит» – «ум, честь и совесть» еврейского народа. В 60-х годах он объединял 400 тыс. американских иудеев, из которых 57 тыс. работали в Вашингтоне, занимая ответственные посты в правительстве и бизнесе».

О.Платонов

«Они раскололи общество на нищих и кровососов с наворованным в зарубежных банках, они перессорили народы, создали во многих странах хаос их президенты, министры и губернаторы оказались бездарны, невежественны и тупы, трусливы и бесстыдны, их наглости и беспардонности – нет предела»

«Некоторые слои общества, которые уже завершили своё сходство с евреями, представляют типы дегенерации, обречённой, во всяком случае, на исчезновение. Только эти дегенераты обнаруживают склонность к евреям» «...евреи произошли из смеси отбросов всех видов рас, однако, за тысячи лет смешения, эта помесь превратилась в, своего рода, расовый тип». «Еврейство... это симптом болезни человечества, факт, который подтверждает даже еврей Генрих Гейне, называя это «вечной заразой, занесённой с берегов Нила».

Ф. Родериха-Штольтхейма «Загадка еврейского успеха»

«Именно в процессе секуляризации родился вполне реальный еврейский шовинизм...
Представление об избранности евреев превратилось... в представление, что евреи будто бы соль земли.
С этого момента старая религиозная концепция избранности перестает быть сущностью иудаизма и становится сущностью еврейства»

Еврейская писательница-социолог Х. Арендт

«Мы именуем иудеев жидами, а не евреями, как их часто называют многие русские писатели
новейшего времени, и делаем это потому, что Евер, предок Авраама, считается родоначальником многих Семитических племен, в том числе и Арабов; иудеи же происходят от потомков Иуды, почему на всех европейских языках для них и имеются названия, происходящие от слова «Иуда»: юде (по-немецки), джю (по-английски), жюйф (по-французски), жид (по-польски) и так далее; наши летописцы, а также историки Карамзин и Соловьев, тоже неизменно называют иудеев жидами».

Александр Нечволодов

«Сама суть иудаизма - в его воинствующей ненависти ко всему нееврейскому»

Григорий Климов

«Евреи - это не нация и не народ, это болезнь». «Евреи несут разлажение в современную культуру».

Григорий Климов

«Когда близкие родственники женятся друг на друге, то дети от этого брака будут дегенератами.
Это старый, хорошо всем известный факт. Поэтому Церковь и запрещает браки между родственниками. Вплоть до шестого колена. Если же группа религиозных лидеров будет делать наоборот и поощрять такие браки и даже запрещать браки за пределами своей секты, то эта секта, через 4-5 поколений, будет полна дегенератов».

Григорий Климов

«Многие дегенераты обладают необычными качествами - такими как неутолимое желание доминировать, ненормальное, прямо таки патологическое желание быть всегда наверху. У многих из них присутствует явная и ненасытная жажда власти. Эти дегенераты чувствуют себя «избранными», «элитой» (мания величия), но, одновременно с этим, они же чувствуют себя «гонимыми» и «преследуемыми» (мания преследования). Ведь, «мания величия» и «мания преследования» - родные сёстры».

Григорий Климов

«Люди думают, будто бы Ельцин и набранные им дегенераты - все вместе
работают на благо России. Это - очень опасное заблуждение».

Григорий Климов

«Сионисты всегда и всем кричали и продолжают кричать: "Антисемиты!" - в тот момент, когда их хватают за руку на месте преступления. "Антисемитизм" - одно из средств защиты сионистов, придуманное ими с целью борьбы со своими противниками - это те, кто не признает антибожественную сущность сионизма. Когда осквернялись и уничтожались памятники русской национальной культуры, когда сжигались древнейшие книги и рукописи, когда русский народ варварским способом отрывали от своих корней, перевирая его историю, никто почему-то не говорил о русофобии, исключая горстку патриотов, ну а уж о сионизме, Боже упаси, было что-либо сказать. Геноцид в отношении русского народа беспрепятственно процветал и набирал силу, но стоило только русским людям заявить о том, что они - русские, что у них есть богатейшая культура и история, из которой они не позволят выбросить ни одной страницы, как сразу же раздались испуганные вопли об "антисемитизме", "шовинизме", "национализме", "антисоветизме". Этот хитрый приём рассчитан на непосвящённых».

Игорь Тальков

Я, ТЫ, ОН, ОНА!
Вместе мы е... слона!
Двое в ж..., двое в нос,
Доведем слона до слез!

В творчестве Федора Михайловича Достоевского существовала тема, которая волновала многих читателей. Эта тема - так называемый "еврейский вопрос" Достоевского.

Существует мнение, что Ф. М. Достоевский не любил евреев и даже испытывал к ним антипатию. Вероятно, на эту мысль наталкивают комментарии о евреях и "жидах" в романах Достоевского. Комментарии эти встречаются в романах не так часто, хотя и носят порой ироничный характер.

ДОСТОЕВСКИЙ О ЕВРЕЯХ И РУССКИХ.

Правда в том, что Достоевский не питал ненависти или нелюбви к евреям. Однако Достоевский действительно считал, что евреи как нация отличаются от русского народа своими взглядами и менталитетом. Некоторые взгляды евреев Достоевский не разделял. И не стеснялся об этом говорить. Достоевский настаивал на том, что евреи как нация имеют свои особенные национальные черты - отличные от черт русского народа. В этом, пожалуй, и заключалась суть "еврейского вопроса" Достоевского. Он предвидел ужасы от засилья жидов и пытался предупредить всех об их деятельности.

ДОСТОЕВСКИЙ О ЕВРЕЯХ И ЕВРЕЙСКОМ ВОПРОСЕ.


Чтобы понять точку зрения Достоевского на эту тему, не нужно перечитывать все его статьи. В письме к одному из своих читателей Достоевский довольно ясно объяснил свою точку зрения на "еврейский вопрос":

"...Теперь о евреях. ... Скажу Вам, что я и от других евреев уже получал в этом роде заметки. ... Я думаю, я напишу по поводу этих укоров от евреев несколько строк в февральском "Дневнике"... ... я вовсе не враг евреев и никогда им не был. Но уже 40-вековое, как Вы говорите, их существование доказывает, что это племя имеет чрезвычайно сильную жизненную силу, которая не могла, в продолжение всей истории, не формулироваться в разные status in statu*.

Сильнейший status in statu* бесспорен и у наших русских евреев. А если так, то как же они могут не стать, хоть отчасти, в разлад с корнем нации, с племенем русским?...

Я все мои 50 лет жизни видел, что евреи, добрые и злые, даже и за стол сесть не захотят с русскими, а русский не побрезгает сесть с ними. Кто же кого ненавидит? Кто к кому нетерпим? И что за идея, что евреи - нация униженная и оскорбленная. Напротив, это русские унижены перед евреями во всём, ибо евреи, пользуясь почти полною равноправностью (выходят даже в офицеры, а в России это всё), кроме того имеют и свое право, свой закон и свое status quo, которое русские же законы и охраняют. Но оставим, тема длинная.

Врагом же я евреев не был, У меня есть знакомые евреи, есть еврейки, приходящие и теперь ко мне за советами по разным предметам, а они читают "Дневник писателя", и хоть щекотливые, как все евреи за еврейство, но мне не враги, а, напротив, приходят..."

*status in statu - в переводе с лат. означает "государство в государстве" .

*status quo - в переводе с лат. означает "существующее положение дел" (в письме А. Г. Ковнеру. февраль 1877 г.)

Особенно подробно «еврейский вопрос» освещён Достоевским в «Дневнике писателя» - сборнике публицистических и художественных произведений, выходившем 1873-1881 годах. «Дневник писателя» интересен, прежде всего, тем, что содержит отклик Достоевского на события, происходившие в его время. Своего рода документ эпохи.

1873 год. Прошло более 10 лет с дня отмены крепостного права в России.

В «Дневнике писателя» за 1873 год Достоевский выражает обеспокоенность повсеместным распространением алкоголизма среди русских людей: «Матери пьют, дети пьют, церкви пустеют, отцы разбойничают; бронзовую руку у Ивана Сусанина отпилили и в кабак снесли; а в кабаке приняли! Спросите лишь одну медицину: какое может родиться поколение от таких пьяниц?»

Размышляет над дальнейшей судьбой народа:

«…если дело продолжится, если сам народ не опомнится… то весь, целиком, в самое малое время очутится в руках у всевозможных жидов… Жидки будут пить народную кровь и питаться развратом и унижением народным… Мечта скверная, мечта ужасная, и - слава богу, что это только лишь сон!»

Увы, страшный сон писателя стал явью, спустя почти полтора столетия… Но дальше Достоевский пишет:

«Не раз уже приходилось народу выручать себя! Он найдёт в себе охранительную силу, которую всегда находил; найдёт в себе начала, охраняющие и спасающие, - вот те самые, которых ни за что не находит в нём наша интеллигенция. Не захочет он сам кабака; захочет труда и порядка, захочет чести, а не кабака!..»

Сбывается и это пророчество писателя: всё больше и больше людей просыпается из алкогольного сна, осознаёт разрушительную силу спиртного яда и выбирает трезвую жизнь.

В «Дневнике писателя» за 1876 год Достоевский говорит об экономическом засилье евреев, о многовековой особенности этого народа приносить с собой в чужие земли разорение. Попутно продолжает размышлять о дальнейшей судьбе русского народа, освобождённого от крепостной зависимости:

«Вообще если б переселение русских в Крым (постепенное, разумеется) потребовало бы и чрезвычайных каких-нибудь затрат от государства, то на такие затраты, кажется, очень можно и чрезвычайно было бы выгодно решиться. Во всяком ведь случае, если не займут места русские, то на Крым непременно набросятся жиды и умертвят почву края...» (Дневник писателя. Июль и август, 1876 г.)

«…Вон жиды становятся помещиками, - и вот, повсеместно, кричат и пишут, что они умерщвляют почву России, что жид, затратив капитал на покупку поместья, тотчас же, чтобы воротить капитал и проценты, иссушает все силы и средства купленной земли. Но попробуйте сказать что-нибудь против этого - и тотчас же вам возопят о нарушении принципа экономической вольности и гражданской равноправности.

Но какая же тут равноправность, если тут явный и талмудный Status in Statu (Государство в государстве (лат.).

Об этом термине подробнее можно прочитать в «Дневнике писателя» за март 1877 г.) прежде всего и на первом плане, если тут не только истощение почвы, но и грядущее истощение мужика нашего, который, освободясь от помещиков, несомненно и очень скоро попадёт теперь всей своей общиной в гораздо худшее рабство и к гораздо худшим помещикам - к тем самым новым помещикам, которые уже высосали соки из западнорусского мужика, к тем самым, которые не только поместья и мужиков теперь закупают, но и мнение либеральное начали уже закупать и продолжают это весьма успешно…» (Дневник писателя. Июль и август, 1876 г.)

Разумеется, подобные выпады Достоевского в адрес евреев не могли остаться незамеченными: писатель получил массу гневных откликов от «богоизбранных», среди которых особенно стоит отметить некоего еврея-журналиста А.У. Ковнера (который до 19 лет не знал русского языка и не говорил на нём), открыто обвинившего Достоевского в антисемитизме.

Ответ этому еврею, поздно научившемуся грамоте и уже возомнившему себя специалистом в еврейском вопросе(а на самом деле являвшимся просто неаргументированным и оголтелым заступником своих соплеменников), Фёдор Михайлович выдал более чем пространный, учитывая личность этого сидевшего в то время в тюрьме за мошенничество, еврейского уголовника Ковнера.

Достоевский решил не ограничиваться личной перепиской: он посвятил целую главу «еврейскому вопросу» в мартовском выпуске «Дневника писателя» за 1877 год, приводя цитаты из письма Ковнера (г-на NN) в первой части этой главы:

«Выпишу одно место из письма одного весьма образованного еврея, написавшего мне длинное и прекрасное во многих отношениях письмо, весьма меня заинтересовавшее. Это одно из самых характерных обвинений меня в ненависти к еврею, как к народу. Само собою разумеется, что имя г-на NN, мне писавшего это письмо, останется под самым строгим анонимом.

А вот ещё отрывок из этой главы:

"Прежде чем отвечу что-нибудь (ибо не хочу нести на себе такое тяжёлое обвинение), - обращу внимание на ярость нападения и на степень обидчивости. Положительно у меня, во весь год издания "Дневника", не было таких размеров статьи против "жида", которая бы могла вызвать такой силы нападение. Во-вторых, нельзя не заметить, что почтенный корреспондент, коснувшись в этих немногих строках своих и до русского народа, не утерпел и не выдержал и отнёсся к бедному русскому народу несколько слишком уж свысока.

Правда, в России и от русских-то не осталось ни одного непроплёванного места (словечко Щедрина), а еврею тем «простительнее». Но во всяком случае ожесточение это свидетельствует ярко о том, как сами евреи смотрят на русских. Писал это действительно человек образованный и талантливый (не думаю только, чтоб без предрассудков); чего же ждать, после того, от необразованного еврея, которых так много, каких чувств к русскому?"

(Дневник писателя. Март, 1877 г. Глава вторая. «Еврейский вопрос»).

И действительно: до мартовского выпуска «Дневника писателя» в 1877 году Достоевский жидов упоминал мимоходом, но даже эти незначительные упоминания вызвали небывалую ярость среди евреев. Более того, так называемые «богоизбранные», упрекая писателя в антисемитизме, ничуть не стыдятся собственного русофобства, говорят о русском народе с презрением и высокомерием…

А сам писатель не смотря на все нападки и обвинения,продолжает оставаться вежливым и довольно корректно реагирует на все выпады еврейского сообщества, невозмутимо отражая атаки оголтелых газетных писак и прочих проходимцев,типа упомянутого выше преступника Ковнера.

Ничем не отличаются от этого Ковнера и нынешние евреи, поднимающие вой по любому поводу, а особенно когда кого-нибудь из их сородичей выявляют на непотребстве или вредительстве.

ЦИТАТЫ О ЕВРЕЯХ.

«Верхушка иудеев воцаряется все сильнее и тверже и стремится дать миру свой облик и свою суть. Идея жидовская охватывает весь мир. На протяжении 40-вековой истории евреев двигала ими всегда одна лишь к нам безжалостность... безжалостность ко всему, что не есть еврей... и одна только жажда напиться нашим потом и кровью».

--"Жид и банк — господин уже теперь всему: и Европе, и просвещению, и цивилизации, и социализму, социализму особенно, ибо им он с корнем вырвет Христианство и разрушит ее цивилизацию. И когда останется лишь одно безначалие, тут жид и станет во главе всего. Ибо, проповедуя социализм, он останется меж собой в единении, а когда погибнет все богатство Европы, останется банк жида.

Антихрист придет и станет в безначалии".

-- «Наступит нечто такое, чего никто не мыслит... Все эти парламентаризмы, все гражданские теории, все накопленные богатства, банки, науки... все рухнет в один миг бесследно, кроме евреев, которые тогда одни сумеют так поступить и все прибрать к своим рукам».

--"Да, Европа стоит на пороге ужасной катастрофы... Все эти Бисмарки, Биконсфильды, Гамбетты и другие, все они для меня только тени... Их хозяином, владыкой всего без изъятия и целой Европы является еврей и его банк... Иудейство и банки управляют теперь всем и вся, как Европой, так и социализмом, так как с его помощью иудейство выдернет с корнями Христианство и разрушит Христианскую культуру. И даже если ничего как только анархия будет уделом, то и она будет контролируемая евреем. Так как, хотя он и проповедует социализм, тем не менее он остается со своими сообщниками-евреями вне социализма. Так что, когда все богатство Европы будет опустошено, останется один еврейский банк. (…) Революция жидовская должна начаться с атеизма, так как евреям надо низложить ту веру, ту религию, из которой вышли нравственные основания, сделавшие Россию и святой и великой!"

--" Укажите на какое-нибудь другое племя из русских инородцев, которое бы, по ужасному своему влиянию, могло бы равняться в этом смысле с евреем. Не найдёте такого; в этом смысле евреи сохраняют всю свою оригинальность перед другими русскими инородцами, а причина того, конечно, этот "статус ин стату" (государство в государстве) его, дух которого дышит именно этой безжалостностью ко всему, что не есть еврей, этим неуважением ко всякому народу и племени, и ко всякому человеческому существу, кто не есть еврей."

--"Жиды погубят Россию!.."

--«Интернационал распорядился, чтобы еврейская революция началась в России. И начнётся... Ибо нет у нас для неё надежного отпора ни в управлении, ни в обществе. Бунт начнётся с атеизма и грабежа всех богатств. Начнут низлагать религию, разрушать храмы и превращать их в казармы, стойла; зальют мир кровью... Евреи сгубят Россию и станут во главе анархии. Жид и его Кагал — это заговор против русских».

-- «Евреи всегда живут ожиданием чудесной революции, которая даст им свое «жидовское царство»: Выйди из народов и... знай, что с сих пор ты един у Бога, остальных истреби или в рабов обрети, или эксплуатируй. Верь в победу над всем миром, верь, что все покорится тебе.

Строго всем гнушайся и ни с кем в быту своем не сообщайся. И даже когда лишишься земли своей, даже когда рассеян будешь по лицу всей земли, между всеми народами — все равно верь всему тому, что тебе обещано раз и навсегда, верь тому, что все сбудется, а пока живи, гнушайся, единись и эксплуатируй и — ожидай, ожидай».

--"Ну, что, если б это не евреев было в России три миллиона, а русских; а евреев было бы 80 миллионов — ну, во что обратились бы у них русские и как бы они их третировали? Дали бы они им сравняться с собой в правах? Не обратили бы прямо в рабов? Хуже того: не содрали бы кожу совсем? Не избили бы до тла, до окончательного истребления, как делали они с чужими народностями в старину, в древнюю свою историю?

В окраинах наших спросите коренное население, что двигает евреев и что двигало их столько веков. Получите единогласный ответ: безжалостность; двигала их столько веков одна лишь к нам безжалостность и одна лишь жажда напитаться нашим потом и кровью".

Ф.М.ДОСТОЕВСКИЙ /1821 - 1881 гг./ "Дневник писателя", март 1877 года

--«Бунт начнётся с атеизма и грабежа всех богатств, начнут разлагать религию, разрушать храмы и превращать их в казармы, в стойла, зальют мир кровью и потом сами испугаются. Евреи сгубят Россию и станут во главе анархии. Жид и его кагал - это заговор против русских. Предвидится страшная, колоссальная, стихийная революция, которая потрясёт все царства мира с изменением лика мира сего. Но для этого потребуется сто миллионов голов. Весь мир будет залит реками крови».

После 1917 г. за чтение книги Фёдора Достоевского «Дневник писателя» расстреливали. На многие десятилетия она была запрещена и подвергнута искажениям…

В своих работах ДОСТОЕВСКИЙ "срисовывал" своих персонажей с реальных прототипов,подмечая каждую мелочь в их поведении. Потому то так правдиво выглядят герои его произведений и так понятны они читателю. Но ни в одной из его работ вы не найдёте среди героев хороших евреев. Они всегда жалкие, подлые, наглые, трусливые, бесчестные, алчные и опасные-- такие, какими он видел их в жизни, такие какими они были по жизни. За эту правду они его ненавидели при жизни,ненавидят и теперь.

"Да будет благословен еврей.
Да будет благословен и русский".
(«Домострой»)

Сегодня исполняется 188 лет со дня рождения Великого Русского писателя Федора Михайловча Достоевского. Бесспорно, в такой день о Достоевском необходимо говорить. Я бы хотел обсудить тему, которой интересовался давно. Достоевский и евреи. Многие считали и считают Федора Михайловича ярым антисемитом. Так ли это на самом деле?
Мнение сложилось такое: Достоевский мог ненавидеть и презирать отдельных русских, но бесконечно любил русский народ; и, напротив, он уважал отдельных евреев, поддерживал с ними знакомство, но в целом еврейскую нацию считал погубительной для всех других народов и в первую очередь — для русского.

Давайте оценим несколько цитат из писем Федора Михайловича.
Достоевский оговаривается, что никакой ненависти к евреям не испытывает:

"в сердце моем этой ненависти не было никогда, и те из евреев, которые знакомы со мной и были в сношениях со мной, это знают, то я, с самого начала и прежде всякого слова, с себя это обвинение снимаю, раз навсегда, с тем, чтоб уж потом об этом и не упоминать особенно."

Затем Достоевский очень метко дает оценку еврейскому народу:

" нет в целом мире другого народа, который бы столько жаловался на судьбу свою, поминутно, за каждым шагом и словом своим, на свое принижение, на свое страдание, на свое мученичество."

Достоевский не жил в годы Второй Мировой Войны. И не мог увидеть страдания, выпавшие на долю Русского или еврейского народов. Тем не менее, появляется такой вывод:

"не могу вполне поверить крикам евреев, что уж так они забиты, замучены и принижены. На мой взгляд, русский мужик, да и вообще русский простолюдин, несет тягостей чуть ли не больше еврея."

Отсутствие государства у евреев на тот момент несравнимо с теми страданиями, которые пришлось пержить Русскому народу:

"когда еврей "терпел в свободном выборе местожительства", тогда двадцать три миллиона "русской трудящейся массы" терпели от крепостного состояния, что, уж конечно, было потяжелее "выбора местожительства"."

Ну и собственно, кто сказал, что Русские не любят евреев? Есть неприязнь - и на это есть причины. А вот, почему евреи так относятся к Русским? Таким вопросом задается Достоевский и отвечает на него:

"Мне даже случалось жить с народом, в массе народа, в одних казармах, спать на одних нарах. Там было несколько евреев - и никто не презирал их, никто не исключал их, не гнал их. Когда они молились (а евреи молятся с криком, надевая особое платье), то никто не находил этого странным, не мешал им и не смеялся над ними, чего, впрочем, именно надо бы было ждать от такого грубого, по вашим понятиям, народа, как русские; напротив, смотря на них, говорили: "Это у них такая вера, это они так молятся", - и проходили мимо с спокойствием и почти с одобрением. И что же, вот эти-то евреи чуждались во многом русских, не хотели есть с ними, смотрели чуть не свысока (и это где же? в остроге!) и вообще выражали гадливость и брезгливость к русскому, к "коренному" народу. То же самое и в солдатских казармах, и везде по всей России: наведайтесь, спросите, обижают ли в казармах еврея, как еврея, как жида, за веру, за обычай? Нигде не обижают, и так во всем народе. Напротив, уверяю вас, что и в казармах, и везде русский простолюдин слишком видит и понимает (да и не скрывают того сами евреи), что еврей с ним есть не захочет, брезгует им, сторонится и ограждается от него сколько может, и что же, - вместо того, чтобы обижаться на это, русский простолюдин спокойно и ясно говорит: "Это у него вера такая, это он по вере своей не ест и сторонится" (то есть не потому, что зол), и сознавая ту высшую причину, от всей души извиняет еврея. А между тем мне иногда входила в голову фантазия: ну что, если бы то не евреев было в России три миллиона, а русских; а евреев было бы 80 миллионов - ну, во что обратились бы у них русские и как бы они их третировали? Дали бы они сравняться с собой в правах? Дали бы им молиться среди них свободно? Не обратили бы прямо в рабов? Хуже того: не содрали ли бы кожу совсем? Не избили бы дотла, до окончательного истребления, как делывали они с чужими народностями в старину, в древнюю свою историю? Нет-с, уверяю вас, что в русском народе нет предвзятой ненависти к еврею, а есть, может быть, несимпатия к нему, особенно по местам и даже, может быть, очень сильная. О, без этого нельзя, что он еврей, не из племенной, не из религиозной какой-нибудь ненависти, а происходит это от иных причин, в которых виноват уже не коренной народ, а сам еврей."

На протяжении многих веков евреи - это "государство в государстве". В такой консолидации народа нет ничего плохого. Вот только, если это не вредит тому государству внутри которого евреи создают свое, говорит Федор Михайлович:

"Но не вникая в суть и в глубину предмета, можно изобразить хотя некоторые признаки этого государства в государстве, по крайней мере, хоть наружно. Признаки эти: отчужденность и отчудимость на степени религиозного догмата, неслиянность, вера в то, что существует в мире лишь одна народная личность - еврей, а другие хоть есть, но все равно надо считать, что как бы их и не существовало. "Выйди из народов и составь свою особь и знай, что с сих пор ты един у бога, остальных истреби, или в рабов обрати, или эксплуатируй. Верь в победу над всем миром, верь, что все покорится тебе. Строго всем гнушайся и ни с кем в быту своем не сообщайся. И даже когда лишишься земли своей, политической личности своей, даже когда рассеян будешь по лицу всей земли, между всеми народами - все равно, - верь всему тому, что тебе обещано, раз навсегда верь тому, что все сбудется, а пока живи, гнушайся, единись и эксплуатируй и - ожидай, ожидай..." Вот суть идеи этого государства в государстве, а затем, конечно, есть внутренние, а может быть, и таинственные законы. Ограждающие эту идею."

Достоевский не имеет ввиду отдельных евреев. Он обращает внимание на всю систему, которая явно нацеленна на Мировое господство:

"верхушка евреев воцаряется над человечеством все сильнее и твержде и стремится дать миру свой облик и свою суть, евреи все кричат, что есть же и между ними хорошие люди. О, боже! Да разве в этом дело? Да и вовсе мы не о хороших или дурных людях теперь говорим. И разве между теми нет тоже хороших людей? Разве покойный парижский Джемс Ротшильд был дурной человек? Мы говорим о целом и об идее его, мы говорим о жидовстве и об идее жидовской, охватывающей весь мир, вместо "неудавшегося" христианства..."

Ну и собственно, что мы видим в произведениях Великого писателя:

Первый еврейский персонаж в творчестве Достоевского — это Исай Фомич Бумштейн («Записки из Мертвого дома»), рижский еврей, каторжник. Манеры, внешность, молитвенные обряды и речь Исая Фомича изображены насмешливо и недоброжелательно, без малейшей попытки проникновения в его психологию и в смысл совершаемых им обрядов.

Почти все евреи в произведениях Достоевского — отрицательные персонажи, одновременно опасные и жалкие, трусливые и наглые, хитрые, алчные и бесчестные. В изображении их писатель часто прибегает к штампам и наветам вульгарного антисемитизма (осквернение иконы богоматери евреем-выкрестом Лямшиным в «Бесах», допущение справедливости обвинения евреев в ритуальном употреблении крови христианских младенцев в «Братьях Карамазовых»). Вместо слова «еврей» Достоевский предпочитает употреблять уничижительные прозвища: жиды, жидки, жидишки, жидюги, жиденята.

В то же время, давайте будем помнить, что слово "ЖИД" бриобрело бранный оттенок только в современном русском языке. А во времена Федора Михайловича Достоевского это слово вовсе не обязательно имело (как позднее) грубо-уничижительный смысл. Его использовали так же и Пушкин, и Лермонотов, и другие наши Великие классики.